Мелисса и Джош застряли в рутине. Отношения трещат по швам, романтика испарилась, а быт превратился в бесконечный день сурка. Чтобы спасти любовь, пара отправляется в поход по лесам. План простой: свежий воздух, тишина и честный разговор. Но густой туман путает карты. Герои переходят через ветхий мост и оказываются в странном городке под названием Шмигадун. Здесь всё выглядит подозрительно идеально. Местные жители носят яркие костюмы из прошлого века, постоянно улыбаются и внезапно начинают петь хором. Это не просто тематический парк, а оживший мюзикл золотой эпохи Голливуда. Сначала это кажется нелепой шуткой или коллективным галлюцинозом. Однако реальность оказывается куда суровее. Выясняется, что невидимая магическая стена не выпускает никого наружу. Путь домой закрыт. Покинуть этот поющий ад можно только одним способом: найти свою истинную любовь. Проблема в том, что Джош и Мелисса больше не уверены, что они — те самые половинки друг для друга. Начинается безумное испытание чувствами на фоне бесконечных танцевальных номеров и абсурдных правил музыкального мира.
Внутри Шмигадуна действуют свои законы жанра. Тут нельзя просто выругаться или уйти в закат. Придется знакомиться с колоритными персонажами: от деспотичной жены мэра до местного ловеласа. Каждый встречный норовит затянуть куплет о морали или чувствах. Пока Мелисса пытается адаптироваться и даже находит в происходящем некое очарование, Джоша всё это откровенно бесит. Он ненавидит мюзиклы, а теперь вынужден жить внутри одного из них. Героям приходится ходить на свидания с горожанами, проверять себя на верность и разбираться в старых обидах. Шмигадун выворачивает их души наизнанку, заставляя признать горькую правду о своем союзе. Оказывается, за идеальными декорациями и звонкими голосами скрываются вполне реальные драмы. Чтобы выбраться, паре нужно не просто имитировать счастье, а заново научиться слышать друг друга без фальшивых нот. Это путешествие превращается в жесткую терапию, где ценой свободы становится честность. Либо они обретут искреннюю близость, либо навсегда останутся массовкой в чужом ярком шоу, где финал еще не написан, а оркестр никогда не прекращает играть.
